Живой журнал leorer-а (leorer) wrote,
Живой журнал leorer-а
leorer

Categories:

Александр Галич и несостоявшееся возвращение

Меня вдруг осенило. Попалась на глаза "Баллада о прибавочной стоимости" Александра Галича, и подумалось, что поэт написал пророческую вещь, смысла которой никто не понял. Кто мог бы понять, ее не слушал, а кто слушал, не мог и не желал понять очевидное.

Текст.

Исполнение:



Герой баллады - типичный советский интеллигент. Ну вот такой, например. Что главное для интеллигента? Чтобы "работа была непыльной". Желательно с текстами. В этом случае референтная группа будет его уважать, а интеллигенту самое главное - чтобы его уважали правильные люди.

"Марксисткая премудрость" для этого подходила в СССР лучше всего. Деньги за нее платили, и неплохие, можно было анализировать и обобщать. Что именно анализировать - не важно. Была бы в то время Рухнама - подошла бы и она.

Но интеллигент не был бы интеллигентом, если бы не страдал всю жизнь от мысли о том, что Подлая Власть его не ценит. Поэтому он катается на "жигулях", а не на "мерседесе", и живет гораздо хуже, чем его коллеги по интеллигентному труду за границей, изучающие не Маркса, а Мизеса. Они каждый год отдыхают на Карибах и Гавайях, а его Подлая Власть туда не пускает.

И вот у интеллигента вдруг появились унаследованная земля и фабрика за границей. Понятно, что он моментально посылает свое начальство - обобщенную Советскую Власть - в задницу и готовится уехать туда, где жить хорошо. На ренту. Если захочется, можно будет комментировать Мизеса, а если не захочется - можно будет греть пузо под солнцем в Атлантик-Сити и ничего не комментировать.

От казуса Егора Гайдара, бывшего главного редактора журнала "Коммунист", и его команды казус героя Галича отличается одним - Гайдар и его команда решили, что гораздо прибыльнее будет приватизировать землю и фабрику у себя дома, и только потом свалить с приватизированнвм общенародным достоянием туда, где им всегда хотелось жить. Галич, конечно, не мог такого предвидеть - всей его фантазии не хватило бы.

А теперь смотрим дальнейшее.

Передаем сообщение из-за границы. Революция в Фингалии! Первый декрет народной власти о национализации земель, фабрик, заводов и всех прочих промышленных предприятий. Народы Советского Союза приветствуют и поздравляют братский народ Фингалии со славной победой!

Тут тоже Галич немного просчитался, потому что реальность оказалась гораздо более невероятной. На самом деле сообщение из-за границы должно было бы звучать так:

Передаем сообщение из-за границы. В Фингалии пришло к власти по итогам внеочередных выборов новое правительство. Принят декрет - об ограничении доступа капитала из враждебных стран на национальный рынок. Собственность граждан Фингалии не может быть передана гражданам враждебных стран, прежде всего из советского блока. Активы, которые могут попасть к ним по праву наследования, передаются гражданам Фингалии или дружественных стран, имеющим наиболее близкое родство с завещателем, или в национальный имущественный фонд.

И вспоминаем судьбу безнадежного банкрота Бориса Абрамовича Березовского, а также некоторых лиц из нынешней российской элиты, ставших жертвами персональных санкций.

Негодяи, кричу, лоботрясы вы!
Это все, я кричу, штучки марксовы...


-----

Историческая наука до сих пор не может ответить на вопрос, кто же убил Галича - западные спецслужбы или советские. Я полагаю, что западные - это намного логичнее.

Для советских спецслужб высланный Галич не представлял опасности. А вот возвращение Галича в СССР, на возможность которого указывают его тексты, для Запада стало бы очень большой неприятностью.

К слову, "единственный дом, где с куполом синим не властно соперничать небо" - это храм в предместье города Пушкино, где Галич крестился у Александра Меня. Александр Галич всегда чувствовал себя православным человеком, и можно себе представить, как это злило его западных работодателей, никогда не перестававших ненавидеть Православную Церковь.

И еще одно:

Но когда под грохот чужих подков
Грянет свет роковой зари -
Я уйду, свободный от всех долгов,
И назад меня не зови.

Не зови вызволять тебя из огня,
Не зови разделить беду.
Не зови меня!
Не зови меня...
Не зови -
Я и так приду!


Вот как автор этих строк мог работать на радиостанции "Свобода", созданной хозяевами "чужих подков" именно с целью обеспечить идеологическое прикрытие их торжественному маршу на Восток? И как работодатели могли реагировать на такие тексты, которые они наверняка читали и слышали? Понятно, что мертвый Галич для них был гораздо более желанным и безопасным, чем живой.

Все сказанное выше не отменяет факта глубоко сидевшей в голове Галича русофобии. Что делать, личность поэта сложнее примитивных схем. Александр Галич был русофобом. Евреи у него всегда были жертвами репрессий "преступной власти", но никогда не были их исполнителями и соучастниками. Но у него присутствовал в то же время специфический русский патриотизм. Любил Россию он, но странною любовью. Возможно, лучше бы не любил вообще, чем любил вот так.

Related - "Владимир Высоцкий и несостоявшийся побег".
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 28 comments