?

Log in

No account? Create an account
Живой журнал leorer-а [entries|archive|friends|userinfo]
Живой журнал leorer-а

[ website | My Website ]
[ userinfo | livejournal userinfo ]
[ archive | journal archive ]

Любовь Вассерман [Sep. 1st, 2018|08:26 pm]
Живой журнал leorer-а

"Любовь Шамовна Вассерман родилась в 1907 году в польском местечке Славатыче в бедной семье. В юношеские годы работала прислугой в богатых домах, читать и писать выучилась самостоятельно и с пятнадцати лет начала сочинять стихи. В 1925 году уехала в подмандатную Палестину, работала в киббуце, на строительстве дорог в Тель-Авиве, затем санитаркой в больнице в Иерусалиме; стала членом Коммунистической партии Палестины, активисткой левого крыла рабочего движения страны. В 1931 году в Тель-Авиве вышел первый поэтический сборник Васерман «Фарнахтн» (Вечера), а в 1934 году она переехала в СССР и поселилась в Биробиджане. Здесь Васерман влилась в формирующуюся литературную среду, публиковала стихи, рассказы, очерки в областной прессе, в журналах «Форпост» и «Бирэбиджан» (Биробиджан), газете «Биробиджанэр Штэрн» (Биробиджанская звезда); вышла замуж за иммигрировавшего из Аргентины актёра Биробиджанского государственного Еврейского Театра (ГОСЕТ) Мойше Бенгельсдорфа.

В начале 1949 года все еврейские учреждения Еврейской автономной области были ликвидированы, школы, радиостанция и театр закрыты, книжные издания на идише из фондов местной библиотеки им. Шолом-Алейхема изъяты и уничтожены. В июле того же года по т. н. «Биробиджанскому делу № 68» были арестованы практически все еврейские литераторы области, включая главного редактора газеты «Биробиджанэр Штэрн» Бузи Миллера, писателей Исроэла Эмиота, Гершл Рабинкова, Нохэма Фридмана, переводчика Бера Слуцкого и других. По этому же делу была арестована и Любовь Вассерман. После года предварительного следствия 31 мая 1950 года все арестованные были осуждены на 10 лет лагерей; Вассерман переправили в Тайшет, где она находилась до 1956 года.

После освобождения вернулась в Биробиджан, работала в единственной оставшейся в Советском Союзе еврейской газете «Биробиджанер Штэрн». После смерти мужа переехала к сыну в Кишинёв, где провела последние годы жизни. В 1968 и 1987 годах в Хабаровском книжном издательстве вышли две книги стихов Л. Вассерман в переводе на русский язык. В 1980 году в московском издательстве «Радуга» вышел коллективный сборник еврейских поэтов Биробиджана «Родная земля» с переводом на английский язык, куда вошли и стихотворения Любэ Васерман. На идише помимо «Биробиджанэр Штерн» её стихотворения регулярно печатались в московском журнале «Советиш Геймланд» (Советская Родина) и варшавской газете «Фолксштимэ» (Глас народа). Вокальную поэму «Славатич» на стихи поэтессы сочинила молдавский композитор Злата Ткач."

Из Википедии.

На самом деле неизвестна даже точная дата рождения Любови Вассерман. Согласно одним источникам, она родилась в 1905 году, согласно другим – в 1907. Семья была "бедной, но очень религиозной".

Нет единства в источниках и насчет причин ее отъезда из Эрец-Исраэль. Одни источники утверждают, что она была изгнана британскими мандатными властями как коммунистка, другие – что сама уехала в СССР, чтобы принять участие в строительстве Еврейской автономной области.

Интересно, встречалась ли Люба Вассерман в Тель-Авиве с поэтессой Рахелью Блувштейн. Они жили в этом городе в одно время и обо многом могли бы поговорить – обе из бедных семей, обе бежали от бедности в Палестину, тяжело работали в киббуцах. Поэтесса Рахель была старше Любы на 15 лет, и она умерла в 1931 году в бедной комнате на верхнем этаже дома на улице Буграшов в Тель-Авиве ("Маленькая и бедная моя комната" – писала она). А жизнь Любы Вассерман только начиналась. Рахель стала израильской национальной поэтессой, а про Любу сейчас почти никто не помнит. Между тем она тоже писала про Тель-Авив:

По городу тому тоскую я,
Где красками душа опьянена;
Где ширь вливается
В сердца людей и Б-га,
Где моря вздох из ночи в ночь
Песок смывает неумышленных грехов.
Там горы не застят закатный солнца шар,
И видно, как оно катится плавно вдаль,
Пока не погрузится в бездну моря.
Ночь на излете в Тель-Авиве хороша,
Окутанная серой полутьмой
Словно невеста в свадебном наряде.
Танцует море вечности свой танец.
Покоятся в прохладе ленты улиц,
Без гомона и без шагов спешащих.
Ладонями ловлю частички ночи
И как молитву тихо я шепчу:
"Красив ты, Тель-Авив, весенний город!"


(1929 год).


Я нашел единственный источник на иврите под названием "Обаяние забытой поэтессы". Хочется процитировать кое-что оттуда, чтобы понять, как эта ситуация воспринимается "глядя из Израиля".

"Люба приехала в Эрец-Исраэль в 1925 году. Работала в сельском хозяйстве, на прокладке дорог и в больнице в Иерусалиме. Она была активисткой несионистских левых организаций, и ее несколько раз арестовывали за эту деятельность. В 1931 году в Тель-Авиве вышла в свет ее первая книга стихов на идиш "Фарнахтн" (Вечера).

Следует сказать об экономической ситуации того времени. Большинство репатриантов Второй алии вернулись обратно. В периоды Третьей и Четвертой алии развилось киббуцное движение. Движение "Гдуд Авода" в 1920-1927 годах попыталось создать общеизраильскую коммуну рабочих, но оно распалось. В 1927 году один из его лидеров Менахем Элкинд с 60 сторонниками уехал в Россию и основал коммуну "Войя Нова" ("Новая жизнь" на эсперанто) в Крыму."

Там же по ссылке несколько стихов Любы Вассерман в оригинале, на языке идиш.

Стихотворение "В пути" (Источник)

Несётся поезд вдаль, борясь с ночною тьмой.
Звезда уже горит рассветным перламутром.
Летит состав туда, где новый город мой,
Где в сопках над тайгой широко всходит утро.
И всё прозрачней высь, путь краше и ясней.
Мелькает ширь степей, байкальские тоннели…
Встаёт моя страна в сплошной голубизне,
И струи мчит Амур у пограничных елей.
Среди зелёных рощ, среди долин и гор
Стремглав летит состав… И за оконным светом
В последний раз моих воспоминаний скорбь
Всплывает, как туман, дробясь в лучах рассвета.
В пути ещё, минуя
Речной изгиб у Вятки,
Я вспомнила внезапно
Мрак нашей жалкой хатки.
И с ней местечко в Польше —
Как ветхое кладбище.
Я провела в нём детство
Без крова и без пищи.
Кляня и кровь погромов,
И чёрные руины,
Оттуда я бежала
Под небо Палестины.
Но здесь всё тот же голод
Грозил своим оскалом.
И воспалённым взором
Я жадно путь искала.
С толпою демонстрантов —
Тот путь мой был суровым.
Тюрьма глухая стала
Моим невольным кровом.
Но дух мой не был сломлен —
И снова я бежала…
Теперь передо мною —
Огни Биробиджана.
Приводит путь мой к счастью —
С трудом и звонким пеньем.
И юность расцветает
Вторым моим цветеньем.
В раскрытое окно кропят росой кусты
И свежестью ветвей, расставшихся с дремотой.
Как дни мои опять, пройдя сквозь ночь, листы
Горят, озарены рассветной позолотой.
За маревом тайги и голубых дымов
Уже несет Бира течение сквозное.
Над нею город мой растёт грядой домов,
И солнце льёт лучи сверкающего зноя.


Любовь Вассерман была осуждена в 1949 году по "Биробиджанскому делу" и сослана в Тайшет, где находилась с 1950 по 1956 год, когда ее реабилитировали. Ее муж Моисей Бенгельсдорф, актер Биробиджанского еврейского театра, приехавший в СССР из Аргентины, не был ни осужден, ни сослан, а работал все эти годы на обувной фабрике.

После ссылки Люба Вассерман продолжала писать. Ее рассказ "Родная кровь" стал первым произведением, опубликованном в 1961 году в новом журнале "Советиш Геймланд". Другие рассказы можно прочитать здесь. Рекомендую почитать.

В 1971 году умер Моисей Бенгельсдорф. Любовь Вассерман, уже очень больная к тому времени, уехала в Кишинев к сыну, где умерла в 1976 году.

Зачем я всё это сюда поместил? Чтобы показать, что мы очень многого не знаем о прошлом веке. И чем дальше, тем меньше и одностороннее будут наши знания по причине односторонней подачи информации. Это касается, разумеется, не только еврейской истории и еврейской культуры, но и их в частности.

И еще. Мне очень жалко, что не реализовался Биробиджанский проект. Он стал самой большой нереализованной возможностью для еврейского народа, вероятно, за всю его историю. Не только люди, но и большие группы людей, и даже целые народы не пользуются имеющимися у них возможностями. Сейчас, в ретроспективе, это очень хорошо видно.
LinkReply

Comments:
[User Picture]From: farnabazsatrap
2018-09-06 12:24 am (UTC)
Шок заключался в том, что не давали ту "корзину", что в 70-х, и было тяжко с работой ?
(Reply) (Parent) (Thread)
[User Picture]From: itrech
2018-09-06 04:53 am (UTC)
Нет. (Про корзину 70-х я вообще не в курсе).
Частично отражено на карикатурах Зои Черкасской, если не видали, можно посмотреть.
Кастовое общество, где отводится роль низшей касты, аналогию вряд ли стоит искать в России, здесь это все делается по-другому. Все изощренно-подло, изощренно-унизительно, из-за спины и отчасти при помощи бывших "своих же".
Большинство персонажей Черкасской сами в реальности превратились в полное дерьмо.
(Reply) (Parent) (Thread)